Архив форума

Вот, только сегодня обнаружил материал (хотя он уже почти 2-х месячной давности), слегка затрагивающий один из истинных движущих мотивов антивузовской компании, развязанной лидерами правящего режима:
    
Дата: 2008-08-18 12:53:00+04
Кто купит вузовские дворцы?
Девелоперы присматриваются к недвижимости вузов, расположенных в центре Петербурга. Эту новость последних дней прокомментировал корреспонденту ИА «Росбалт-Петербург» ректор Петербургского государственного университета путей сообщения Валерий Ковалев.
- Знаете ли Вы, что уже составлена карта вузов Санкт-Петербурга, расположенных в историческом центре города, здания которых представляют интерес для бизнеса?
- Неужели?
- Да. На ней отмечен Университет культуры на Дворцовой набережной, Консерватория на Театральной площади, Педагогический университет имени Герцена на Мойке, Университет технологии и дизайна на Большой Морской улице, который, кстати, уже предлагают перестроить под отель. Всего на этой карте около 20 вузов. Университет путей сообщения в их числе.
- Хотел бы я видеть смельчаков, которые попробуют купить здания нашего университета…
- А чем он защищен по сравнению с другими вузами на карте?
- Начну с того, что наш университет особенный с первого дня его существования. «Особенным Институтом» его назвал в своем манифесте император Александром I. И место для него выбрали особенное – набережную Фонтанки, дворец, построенный по проекту знаменитого архитектора Джакомо Кваренги. Это было 200 лет назад. В следующем году мы будет праздновать юбилей. Новые русские дельцы, похоже, не знают об этом. Но зато ко мне уже приходили некоторые претенденты на здание университетского общежития, которое находится на Петроградской стороне, рядом с Мечетью. Мол, зачем студентам такое место? Отдайте его нам. Взамен мы построим современное общежитие в живописном месте где-нибудь на окраине…
- Что Вы ответили?
- Пока отшутился, но, если говорить серьезно, то я категорически против. Потому что считаю наши места особым достоянием нашего вуза. Я считаю, что в процессе обучения и становления личности есть много факторов успеха: качество преподавания, обеспеченность вуза оборудованием, возможность заниматься наукой, финансирование. Но есть и другие факторы: город, в котором ты учишься, история твоего вуза и, безусловно, место, в котором он расположен. Последние факторы воспитывают гордость у студентов за сделанный ими выбор. Словом, местонахождение вуза я воспринимаю как один из элементов воспитания личности.
И сегодня в угоду каким-то новым дельцам этому принципу не изменю. Государству важнее в этой сложившейся среде воспитывать новых граждан, которые бы потом тоже не замахивались на святое.
- Может ли вас защитить в какой-то безнадежной ситуации то, что ПГУПС – не питерский вуз?
- Может быть, ведь ПГУПС – московский вуз, принадлежит Министерству транспорта. В последние годы в государстве стали понимать, судя хотя бы по финансированию, что при таких размерах страны без развития транспортной инфраструктуры ни о каком экономическом росте не может быть и речи. А ПГУПС – один из элементов этой транспортной системы, мы готовим для нее квалифицированные кадры и потому во многом ею защищены. Хотя, надо отметить, в Петербурге нас тоже считают своими на уровне правительства, Законодательного собрания, самого губернатора. Мы идем на равных со всеми петербургскими вузами и в губернаторских программах, и в Совете ректоров. В общем, нас есть кому защитить.
- Быть может, Вы наивны в этой неожиданной ситуации?
- Может и так. Но пока я здесь, наш университет и близко не подпустит новых хозяев к своим зданиям. А если не я, то найдутся другие люди, которые отстоят государственный подход к его судьбе.
- Но в принципе, угроза выкупа и переселения есть?
- В принципе, к сожалению, такая угроза есть по отношению ко многим другим вузам. И вызвана она необоснованными заявлениями руководителей системы высшего образования в стране. Вот, Фурсенко заявляет, что в стране надо оставить 50 университетов и 200 институтов, а остальных либо разогнать, либо переделать в техникумы и ПТУ. Откуда такие цифры? Кто их рассчитал с такой точностью? И чем их обосновать? Согласен, слабых вузов много и с ними надо что-то делать. Но я бы начал не с государственных, а частных вузов, большая часть которых полностью компрометирует нашу систему образования: выдает дипломы государственного образца, а занятия ведут неизвестно где и неизвестно кто. Недавно по ТВ показали частный вуз, в котором три человека принимают контрольные в каком-то подвале. Да, есть и отличные частные вузы. Но есть – и подвальные. Вот ими надо заняться в первую очередь.
- Уже названы первые критерии отбора 50 университетов и 200 институтов: если учреждение имеет менее 10 тысяч студентов и принимает абитуриентов с тройками по итогам ЕГЭ. По вашему мнению, надо закрыть или переформировать такое учреждение в хорошее ПТУ?
- Нам такие критерии не грозят. В нашем университете 14 тыс. студентов. В этом году приняли еще 1600. Причем, Министерство образования увеличило нам число бюджетных мест до 900, что значительно больше, чем в прошлом и позапрошлом годах. И мы все эти места заполнили, несмотря на демографическую яму и прочие наблюдения. Например, «абитуриенты не хотят идти на инженерные специальности». Кроме того, к нам идут абитуриенты, которые готовы учиться на коммерческой основе. Их прием еще продолжается.
Что касается выпускников, то все они, все 100% сразу устраиваются на работу. Никто из них не стоит ни дня на Бирже труда. Наоборот: за нашими выпускниками выстраиваются очереди из работодателей.
Как член Президиума Совета ректоров вузов Санкт-Петербурга, я знаю, что сильных вузов в городе, в его центре – тоже очень много. Так что трудно будет тем, кому приглянулись наши вузовские дворцы…
Беседовала Неонилла Ямпольская, Росбалт-Петербург
 Источник: http://www.rosbaltpiter.ru/print/514583.html
 
P.S. Оптимизму ректора ПГУПС остается только позавидовать…  
 

Материальчик вроде бы и «старенький», но…
 
Рособрнадзору пропалили общак  
Текст: Марина Лемуткина.  
Взятки за аккредитацию вузов составляют $200--300 тыс., утверждает глава Всероссийского фонда образования. Якобы именно такую сумму запросили в Рособрнадзоре с ректора Международной высшей школы, а когда он платить отказался, инициировали против него сразу несколько уголовных дел.
В понедельник бывший ректор бывшей Международной высшей школы (Международного университета) (МВШ-МУ) Виктор Барсков провел пресс-конференцию, на которой обвинил в коррупции руководство Управления лицензирования, аттестации и аккредитации образовательных учреждений Рособрнадзора.
 
Негосударственный вуз МВШ-МУ был создан в 1992 году и в 1997-м начал выпускать специалистов: юристов, экономистов, международников со знанием двух иностранных языков (в общей сложности за время своего существования вуз успел дипломировать порядка 500 специалистов, и в том числе – четырех руководителей подразделений «Альфа-банка», руководителя департамента Минэкономразвития, кадры для Генпрокуратуры, ЮНЕСКО и ООН, уточнил бывший ректор «Газете.Ru»). В 2003 году у вуза закончился срок очередной аккредитации (до этого, по словам Барскова, проблем у МВШ-МУ не было). Аттестационная комиссия, созванная тогдашним Министерством образования, обследовала вуз и пришла к выводу, что его деятельность соответствует необходимым требованиям, а лицензия и аккредитация подлежат продлению. Решение комиссии подтвердил тогдашний министр образования Владимир Филиппов, о чем и подписал соответствующий приказ.
 
Тем не менее, свидетельств об аккредитации вуза ректор так и не получил.
Вместо этого, рассказал Барсков, в вуз прибыла «комиссия Управления по лицензированию, аттестации и аккредитации, которая предложила мне, как они выразились, положить деньги «в общак», а кроме того освободить от работы первого проректора и назначить другого, которого они с собой привели».
В случае отказа, подчеркнули, по его словам, чиновники, об аккредитации вуз мог забыть. «Я такого откровенного воровства не встречал за всю жизнь», – заявил ректор.
 
Платить «в общак» Барсков не стал. И вскоре против него было заведено сразу несколько уголовных дел. Вначале (в том же 2003 году) его по заявлению главы Управления по лицензированию, аттестации и аккредитации Елены Геворкян обвинили в подделке подписи министра на приказе об аккредитации вуза. Вскоре уголовное дело было закрыто за отсутствием состава преступления – экспертиза подтвердила подлинность подписи министра, да и сам он официально признал, что под документом подписался. Однако за то время, что дело шло, вуз, по словам Барскова, был «закрыт и ограблен».
 
Освободившись от обвинений, Барсков вновь открыл вуз – уже на другой территории. В январе 2006 года он обратился с иском в Арбитражный суд, а в июне 2006 года выиграл там дело. Вуз был признан полностью аккредитованным, а бездействие Рособрнадзора, не выполнившего приказа об аттестации, признано незаконным. Вторая позиция решения арбитражного суда предписывала Рособрнадзору немедленно принять документы вуза на получение новой аккредитации. Но в выдаче аккредитационного свидетельства вузу было снова отказано, а против Барскова возбуждено уголовное дело за мошенничество и сразу по двум статьям УК. МВШ-МУ тем временем «закрыли и попутно ограбили окончательно», рассказал Барсков.
Опальный ректор не сомневается, что его злоключения стали следствием отказа заплатить взятку.
Однако ни размера предполагаемой суммы, ни имени вымогавшей ее чиновницы Виктор Барксов публично не называет: ему, видимо, и без того хватает уголовных дел. Имена назвал журналистам президент Всероссийского фонда образования Сергей Комков, который, по его словам, не только не боится возможных обвинений в клевете, но и «давно надеется, что кто-нибудь из Рособрнадзора подаст на него в суд». «Я буду счастлив, – ведь тогда мы встретимся уже в судебных органах, куда мы приведем свидетелей и все покажем на конкретных фактах», – заявил он. Пока же, по словам Комкова, свидетели боятся выступать перед журналистами, поскольку существует «целая система запугивания и уничтожения неугодных ректоров».
 
Нынешняя такса только за подачу документов на аккредитацию составляет $10 тыс., а сама аккредитация вуза (филиала) стоит до $ 250--300 тыс., утверждает Комков. С МВШ-МУ же, по его словам, запросили сравнительно мало – $200 тыс.
И сделала это выгодное предложение, уточнил Комков, «личный представитель» Елены Геворкян Наталья Батищева, а позже названную сумму якобы подтвердила и сама Геворкян.
В целом же коррупционная схема, по его словам, работает так. «Ректор приезжает в лицензионную службу на предварительные переговоры. Затем сотрудники службы называют ему, сколько будет стоить лицензия или аккредитация. После этого деньги либо привозятся в Рособрнадзор, где якобы существует специальная комната, куда они закладываются, либо представитель службы приезжает непосредственно в вуз и получает требуемую сумму. А ректоры взамен получают все, что им требуется». Отказавшимся платить заявляют: «Вы в России никогда лицензию не получите», – после чего отзывают лицензии, вузы закрывают, а против самых упорных ректоров возбуждают уголовные дела.
 
Услышать версию Елены Геворкян «Газете.Ru» не удалось: глава лицензионно-аккредитационной службы уехала в командировку. В Минобрнауки и в Рособрнадзоре ситуацию комментировать отказываются «до вынесения решения суда» (Рособрнадзор не согласился с решением Арбитражного суда о выдаче аккредитации МВШ-МУ и подал апелляцию). В неофициальном порядке в Рособрнадзоре дают понять, что ситуация с «делом Барскова непростая», поскольку невыполненный приказ министра образования об аккредитации МВШ-МУ подписан главой прежнего, ныне упраздненного министерства.
Официальные объяснения Рособрнадзора «Газета.Ru» надеется получить в ближайшее время, для чего собирается обратиться в это ведомство с официальным запросом.
Нет пока и официальных комментариев правоохранительных органов. В Департаменте экономической безопасности МВД «Газете.Ru» лишь отметили, что «система не без прорех».  
Источник: http://www.gazeta.ru/education/2006/09/25_a_857738.shtml

Процитировано сообщение: Ivanov Alexey от 05.11.2008 :: 18:51:40:

 
Возможно большенство студентов и обретает крылья обучаясь в ВУЗе, но после выпуска их как правило обламывают.......

17 ноября 2008  
Любовь ГЛЕБОВА: «Идеологию системы образования нужно выстраивать исходя из её соответствия требованиям общества и экономики»
Если строго следовать действующим аккредитационным показателям, свой статус сегодня не смогут подтвердить более 40 процентов университетов и по 60 процентов академий и институтов. Об этом сообщила руководитель Рособрнадзора Любовь Глебова на Всероссийском форуме «Модернизация образования».  
 
Справка:
Глебова Любовь Николаевна, руководитель Федеральной службы по надзору в сфере образования и науки (Рособрнадзор)
  
Любовь Глебова: «Как только мы пытаемся сравнивать современное качество образования со вчерашним днём, то сразу же попадаем в ловушку. Невозможно между собой сравнивать то, что по задачам абсолютно разное»  
Качество образования становится главным параметром при оценке деятельности учебного заведения, напомнила руководитель Рособрнадзора Любовь Глебова, выступая на Всероссийском форуме «Модернизация образования». И в соответствии с новыми нормативными документами — положением об аккредитации учебных заведений (уже вышло), и положением о лицензировании (готовится), — службы по надзору в сфере образования будут проводить разрешительно-запретительные меры именно в зависимости от качества образования. Если оно не соответствует нормам, действие лицензии образовательного учреждения будет приостанавливаться.
Вопрос о динамике качества образования в России остаётся спорным в том числе и потому, что критерии качества сегодня достаточно размыты. Глава Рособрнадзора обратила внимание на эту проблему и предложила определять данные критерии в соответствии с новыми задачами системы образования.
«В последнее время многие ругают образование, говорят, что оно стало хуже. Я считаю такую постановку проблемы неверной, — подчеркнула глава Федеральной службы по надзору. — Изменились требования к системе образования — к условиям, результатам, структуре деятельности (образовательной программе). Невозможно сравнивать то, что мы имеем сегодня, и то, что имели вчера, как только мы пытаемся это делать, сразу же попадаем в ловушку».
Одна из проблем заключается в несоответствии оценки системы образования со стороны и внутри этой системы: «Мы привыкли к внутренней профессиональной оценке, умеем её делать, знаем параметры, критерии, индикаторы, но при этом совершенно не готовы к восприятию внешней оценки, которая зачастую бывает негативной. Возникает дискомфорт: вроде всё хорошо, а нас критикуют. В этом источник неприятия, например, единого госэкзамена как инструмента, который наглядно демонстрирует то, что не очень хочется видеть и признавать — низкую успеваемость учеников. Но уже очевидно, что среди инструментариев оценки качества образования на сегодняшний день ЕГЭ является максимально апробированным и прописанным с точки зрения нормативно-правового сопровождения (до 1 января будут готовы все документы)».
По мнению Любови Глебовой, главным признаком качества современного образования должно быть его соответствие общепризнанным и бесспорным тенденциям социально-экономического развития страны. К ним руководитель Рособрнадзора относит, например, динамичное развитие технологий, ориентацию производства на индивидуального потребителя.
Критерии оценки качества образования и его соответствия требованиям общества и экономики — принципиально важный вопрос, который определяет идеологию развития всей системы образования, убеждена Любовь Глебова. По её словам, работа по созданию новых критериев и содержательному наполнению значения аккредитационных показателей сейчас ведётся, правда, в основном для высшей школы. Рособрнадзор работает с аккредитационными коллегиями, созданы рабочие группы (например, институт проблем образовательной политики «Эврика» проводит углублённые интервью с ректорами вузов). Ожидается, что новая система аккредитационных показателей появится к весне следующего года или к началу следующего учебного года. «Торопиться, по-моему, не следует», — заметила Любовь Глебова.
Между тем, большинство образовательных учреждений не удовлетворяет даже старым критериям, утверждённым ещё в начале 1990-х годов. «Если строго следовать существующим аккредитационным показателям, то среди университетов этот статус не подтверждают более 40 процентов вузов, среди академий — 58 процентов и среди институтов — свыше 60», — сообщила Любовь Глебова.
Справка STRF: Образовательные учреждения получают аккредитацию сроком на пять лет. По истечении этого периода они могут подать заявление на подтверждение статуса или на аккредитацию по иному виду. Госаккредитация даёт вузу право выдавать диплом государственного образца. В настоящее время в России образовательные услуги предоставляют 1429 вузов и 2174 филиала вузов. Из 755 государственных вузов 731 (96%) имеют государственную аккредитацию, 24 вуза не аккредитованы. Из 674 негосударственных вузов госаккредитацию имеют 448 (66,4%). Рособрнадзор проверяет вузы по 13 критериям, например, процент преподавателей с учёными степенями или званиями, объём финансирования научных исследований, количество аспирантов на 100 студентов и другие  
Марина Муравьёва, STRF.ru  
 
Источник:  http://www.strf.ru/organization.aspx?CatalogId=221&d_no=16627
 
 
P.S. Помнится, 2 октября с.г. сия дама заявила о том, что новые аккредитационные показатели для вузов будут утверждены в ноябре. А что принципиально изменилось за прошедшие полтора месяца? Правда, «маховик» погрома высшей школы страны уже запущен… А те формальные показатели, которые имеются сейчас, ну ни как не взаимосвязаны с реальным качеством подготовки специалистов (да их и в принципе быть не может).
 

Вузам придётся трезво оценить свои возможности
     Количество университетов в России в скором времени сократится почти в восемь раз: с 383 до 50. Об этом официально объявило руководство Минобрнауки на Всероссийском собрании научно-педагогической общественности, проходившем 26—27 ноября в  
     Белгородском госуниверситете. Зампред Правительства РФ Сергей Иванов констатировал слабое присутствие высшей школы в науке — только каждый восьмой вуз занимается научными разработками    
     Замминистра образования и науки РФ Александр Хлунов: «Отбирая вузы, мы будем придерживаться жёсткого принципа: деньги и статус в обмен на обязательства»    
     Руководитель Рособразования Николай Булаев: «Когда мы говорим, что останется 50 университетов, это не означает, что все остальные закроются»
 
     «50 университетов — оптимальное количество для страны, — заявил заместитель председателя Правительства РФ Сергей Иванов, открывая Всероссийское собрание научно-педагогической общественности в Белгороде. — В советское время было 625 вузов, сейчас — свыше трёх тысяч вместе с филиалами. Но нельзя сказать, что с увеличением количества улучшилась эффективность вузов. Напротив. Качество высшего образования в среднем по России упало». Зампред правительства констатировал «слабое присутствие высшей школы в науке» — только каждый восьмой вуз занимается научными разработками — и «перекосы в системе подготовки специалистов». Правительство, подытожил Сергей Иванов, поддерживает Министерство образования в реформировании вузовского сектора.
     400 ректоров и проректоров ведущих вузов России, съехавшихся в Белгород со всей страны, выслушали приговор сдержанно-спокойно. В общем-то, о сокращении количества университетов министр Андрей Фурсенко объявил ещё летом (к слову, на заседании он только присутствовал, но не выступал). Общие положения реформы в принципе уже согласованы, осталось уточнить конкретные детали.  
Кого и за что будут сокращать
По словам заместителя министра образования и науки РФ Александра Хлунова, реструктуризация пойдёт по трём направлениям.
Некоторые вузы по итогам аттестации лишатся лицензии на образовательную деятельность и будут попросту ликвидированы — такая судьба ожидает те учебные заведения, которые не соответствуют более чем 30 процентам аккредитационных показателей.
Если вуз не отвечает 10—30 процентам аккредитационных показателей, он должен будет либо присоединиться к более сильному университету того же профиля, войти в «вузовский холдинг», либо отказаться от претензий на подготовку студентов-магистров и выпускать только бакалавров — академических или технических.
За теми вузами, которые оказались на грани, то есть не соответствуют 10 процентам показателей, Минобразования намерено установить наблюдение. «В течение одного-двух лет для них будут устраиваться внеочередные аттестационные мероприятия, в случае если замечания останутся, будет реализован второй сценарий», — пообещал Александр Хлунов.
В итоге всех преобразований система высшего образования России будет представлять собой пирамиду, верхушку которой составят федеральные университеты, среднюю часть — национальные исследовательские университеты, а основание — все остальные высшие учебные заведения.
Федеральные университеты будут готовить элиту, обеспечивать кадрами и научными разработками комплексное социально-экономическое развитие важнейших регионов страны. Национальным исследовательским университетам предстоит готовить кадры для высокотехнологичных секторов экономики. Пока в пилотном проекте участвуют МИФИ и МИСиС. Статус «исследовательского» (таких университетов будет порядка 15 на всю страну) вуз сможет получить только по итогам конкурса. При отборе вузов будут придерживаться жёсткого принципа «деньги и статус в обмен на обязательства», подчеркнул замминистра образования. Объём финансирования пока неизвестен. Но к вузам, претендующим на звание национальных исследовательских, предъявляются серьёзные требования: они должны иметь программу развития на ближайшие 10 лет, кооперировать с научными организациями и сами вести исследовательскую работу, завоевать международное признание как научные и образовательные центры, а также сформировать инновационный пояс и выстроить систему коммерциализации научных результатов.
Справка STRF:
Система высшего образования России представлена сегодня 383 университетами, 221 академией и 825 институтами, количество филиалов превышает 2200.  
Господдержка, предназначенная исследовательским вузам, будет направляться на приобретение оборудования и поддержку преподавателей, в том числе на повышение квалификации и переподготовку.
Чтобы навести порядок
«Когда мы говорим, что останется 50 университетов, это не означает, что все остальные закроются», — несколько успокоил собравшихся руководитель Федерального агентства по образованию (Рособразования) Николай Булаев. В середине 1990-х годов практически любой руководитель образовательного учреждения мог пролоббировать для него статус «университета», чем многие и воспользовались. Сегодня, по словам г-на Булаева, речь идёт о том, чтобы вернуть понятию «университет» первоначальное значение. В законе о высшем и послевузовском образовании говорится, что университет — это образовательное учреждение, которое ведёт фундаментальные и прикладные исследования по широкому спектру наук. «Так что, если кто-то хочет выдавать университетский диплом, пожалуйста — подтверждайте университетский статус, интегрируйтесь с сильными вузами, создавайте региональные кластеры», — предложил руководитель Рособразования.
Те вузы, которые отвечают предъявляемым аккредитационным показателям, получат университетский статус. Те, кто не отвечает, — могут называться «институтом» или даже «академией». Руководитель Рособразования сказал, что не видит в этом никакой трагедии, и ректорам не советует. Дело в том, что по закону все вузы равноправны: университеты, академии и институты финансируются по одним и тем же стандартам, так что университеты не получают финансовых преимуществ.
«Надо понять и адекватно отреагировать на предложения по реструктуризации вузовского сектора, — добавил Николай Булаев. — Никто никого не собирается дискредитировать. Просто наводится порядок. Надеюсь, что в скором времени шок пройдёт, и начнётся работа в штатном режиме».
Марина Муравьёва, STRF.ru  
 
Источник: http://www.strf.ru/organization.aspx?CatalogId=221&d_no=16816
 
P.S. Интересно, а понимает ли г-н Иванов (базовое образование – филфак ЛГУ) смысл терминов «оптимум», «оптимизация» и прочих производных от них?..  
Представляется, что если кто-то из «сладкой парочки» озвучивает какую-нибудь цифру (взятую, конечно, с потолка), то вся остальная камарилья тут же на всех углах начинает кричать – это оптимальное количество...  
 

Процитировано сообщение: Долгов Александр от 13.09.2008 :: 00:58:13:

 
Александр, Вы уж меня простите... Но если как Вы же написали выше ВУЗ 2 года (из 5 как я понимаю) занимается "ликвидацией пробелов в школьном образовании", то результатом работы такого ВУЗа и будут выпускники уровня техникума.
 
Вне зависимости от качества образования и уровня преподавательского состава.
 
С уважением, АЛ
 
 

России грозит бунт халявщиков
Профилактика студенческих волнений от Дмитрия Медведева
2009-02-03 / Станислав Минин - обозреватель "НГ-Интернет"
 
Свое новое видеообращение в президентском блоге Дмитрий Медведев посвятил студенчеству. В период кризиса, признал он, не каждый студиозус-платник в состоянии изыскать средства на высшее образование. В связи с этим у президента есть несколько предложений. Идея №1: вуз предоставляет успевающему платнику кредит на образование под низкий процент, а тот, закончив учебу, возмещает затраты. Идея №2: вузы вводят фиксированную плату за обучение в рублях и не индексируют ее в зависимости от изменений в бивалютной корзине. Наконец, идея №3: вузы переводят лучших платников на бесплатное обучение. Судя по словам президента, вузы активно берут деньги за учебу, имея в наличие незанятые бюджетные места.  
Некоторые СМИ высказывают мнение, что в Кремле опасаются бунта студентов, отчисленных из-за низкой платежеспособности. 25 января молодежные активисты «Справедливой России» во время пикета требовали у власти отменить на время кризиса плату за высшее образование. В противном случае, пророчили активисты, недовольная молодежь взорвет социальную ситуацию в стране.  
Требования студентов понятны на уровне эмоций, но на уровне здравого смысла они кажутся абсурдными и несправедливыми. Если же власть действительно опасается бунта бедных студентов, то с сожалением приходится признать: она пожинает то, что посеяла. Не желая доверительной беседы с народом о насущных проблемах (в том числе и о кризисе), откупаясь от него социальными обещаниями, она воспитывает в гражданах любителей халявы. Они не понимают, сколько стоит получаемая ими услуга, из чего формируется ее цена.  
Высшее образование – это, безусловно, дорогостоящий товар. 17-летний молодой человек не может позволить себе приобрести его самостоятельно, ему необходим спонсор, инвестор. Таким спонсором выступает либо государство (бюджетные места в государственных вузах), либо семья (платное обучение). В период кризиса инвестиционные возможности семьи претерпевают изменения – негативные, разумеется. Это понятно. Однако в то же время аналогичные проблемы испытывает и само государство. Все спонсоры сталкиваются с трудностями, вследствие чего инвестиции становятся затруднительными.  
В период кризиса государство не может бесплатно учить всех желающих. Оно и в период процветания этого не может. Это слишком дорогое удовольствие.  
В том, что студенты этого не понимают и угрожают социальными волнениями, виновато само государство, усиленно формирующее в их сознании образ филантропа с бездонным денежным мешком.  
Когда слышишь словосочетание «студенческий бунт», вспоминаешь о событиях мая 1968 года в Париже. Однако тот протест был реакцией вовсе не на закончившуюся халяву, а на интеллектуальную замшелость. Он был частью общей смены социо-культурных парадигм. Молодой человек раньше других чувствует неадекватность интеллектуальной атмосферы «духу времени». В то же время российское студенчество довольно вяло критикует интеллектуальную среду. На это способны лишь отдельные группы, причем в ситуации, когда ретроградство начинает сливаться с мракобесием. Ожидать социальных потрясений от такой молодежи не приходится. Бунт халявщиков бесперспективен, потому что основан на иллюзии.  
В общем, маловероятно, что Кремль испугался потенциального бунта. Речь, скорее, идет о другом…  
Идеи, озвученные Дмитрием Анатольевичем, могут быть симпатичны студентам. Я хорошо помню, как в свое время мой друг с «пятерочной» зачеткой четыре года не мог перевестись на бесплатное обучение – никак не набирался проходной балл на вступительных экзаменах.  
В то же время ни одно из предложений президента не выгодно самим вузам. Все прожекты Медведева ведут к существенному сокращению их доходов. Между тем способность вуза зарабатывать деньги является гарантией его независимости, в том числе и интеллектуальной независимости от государства.  
Хотелось бы ошибиться, но мне представляется, что у государства появился прекрасный шанс воспользоваться кризисом для того, чтобы нанести удар по потенциальной (или сформировавшейся) независимости вузов, воспользовавшись при этом популистскими лозунгами. И государство этот шанс почувствовало. Повторюсь: хотелось бы ошибиться…  
 
Источник: http://www.ng.ru/columnist/2009-02-03/100_bunt.html
 

«Идиотская мера обожравшихся властью прохвостов»
Однажды в России студентам попытались запретить выступления. Закончилось все печально
Письмо на имя ректора ВШЭ — дежавю на пространстве отечественной истории. Понятно, этот самый «первый заместитель начальника», что называется, «университетов не кончал». Но речь пойдет как раз о старорежимных николаевских университетах, неуважение к которым в свое время погубило «господ Обмановых» и способно будет погубить нынешних господ.  
 
8 февраля — годовщина открытия Императорского Санкт-Петербургского университета. Его студенты в этот день с песнями и речовками, славящими альма-матер, традиционно двигались толпой по Невскому, постепенно рассыпаясь и заполняя в его окрестностях места различной степени злачности.  
 
8 февраля 1899 г. отряд конной полиции перегородил им подход к Дворцовому мосту. Студенты были жестоко избиты и разогнаны по ближайшим линиям Васильевского острова.  
 
В понедельник, 10 февраля, вместо занятий университет забастовал. Тогда в его аудитории была введена полиция. В ответ на столь наглое попрание университетской автономии 12 февраля прекратили занятия студенты всех без исключения вузов Питера. Даже таких специфических, как Военно-медицинская академия и Санкт-Петербургская духовная академия.  
 
Результативной частью явилась отставка министра внутренних дел Горемыкина. На его место был назначен достаточно молодой по меркам царской бюрократии (46 лет) и довольно энергичный чиновник Дмитрий Сипягин. Именно он убедил министра народного просвещения Николая Боголепова пойти в студенческом вопросе на беспрецедентные меры. 29 июля 1899 г. были опубликованы «Временные правила об отбывании воинской повинности воспитанниками высших учебных заведений, удаляемых из сих заведений за учинение скопом беспорядков».
 
Зимой 1901 г. студенты Императорского Киевского университета св. Владимира по собственной инициативе созвали собрание.
 
За что 183 человека из них, по соображению начальства, самых активных, на основании «Временных правил» были приговорены к отдаче в солдаты сроком от 1 до 3 лет.  
 
В течение февраля 1901 г. 35 вузов Российской империи из 38 в ней тогда существовавших прекратили занятия. Почти 30 тысяч студентов требовали вернуть их киевских товарищей из казарм в аудитории.
 
С этого момента началась и в дальнейшем только прогрессировала политическая радикализация студенческого движения. 14 февраля 1901 г. бывший студент медицинского факультета Юрьевского (ныне Тартуского) университета Петр Карпович, исключенный в 1899 г. как один из руководителей студенческих беспорядков, несколькими выстрелами убил министра народного просвещения профессора Боголепова.  
 
Власти явно растерялись столь резкому увеличению числа их политических противников. В августе, когда вступила в силу амнистия по случаю рождения у Николая II четвертой дочери, Анастасии (5 июня 1901 г.), студенты были освобождены из казарм и вновь приняты в вуз.
 
Один из этих 183 несостоявшихся защитников престола и отечества, Степан Балмашев, 2 апреля 1902 г., одетый во флигель-адъютантскую форму, явился в Мариинский дворец, резиденцию министра внутренних дел Дмитрия Сипягина, и хладнокровно застрелил последнего.
 
Впрочем, Балмашев к тому времени был уже не только студентом, но и членом Боевой организации партии эсеров. Одними из создателей этой самой именитой в истории России террористической группировки также были исключенные в 1899 г. с юридического факультета Санкт-Петербургского университета как организаторы беспорядков Борис Савинков и Иван Каляев.
 
Именно исключенные из вузов студенты — участники волнений рубежа веков — составили костяк революционных партий. Студенты же явились главной движущей силой революции 1905 года. А отнюдь не полумифические рабочие дружины, появившиеся на свет главным образом в книгах послеоктябрьского периода. В ленинско-сталинском Политбюро также фигурировали изгнанные за участие в волнениях 1901—1902 гг. студент юрфака Московского университета Лев Каменев и студент юрфака Казанского университета Алексей Рыков.
 
Советские историки, писавшие о студенческом движении начала ХХ века, неизменно приводили слова Максима Горького из его письма Брюсову: «Отдавать студентов в солдаты – мерзость, наглое преступление против свободы личности, идиотская мера обожравшихся властью прохвостов».
 
Хитрец Пешков, будто бы к гадалке сходил иль где подглядел, как через сто лет после «наглого преступления» явится очередной обожравшийся властью прохвост и потребует от вузовского начальства очередной идиотской меры.  
 

Кризис может перевести школы на 12-летнее обучение, а студентов сделать "вечными"
В условиях кризиса правительство может рассмотреть вопрос об экстренной финансовой поддержке системы образования, чтобы задержать молодежь в учебных заведениях, не допустив массовой безработицы. В распоряжении "Коммерсанта" оказался доклад экспертного совета при правительственной комиссии под руководством первого вице-премьера Игоря Шувалова, который предлагает потратить на "консервацию" студентов до 21 млрд руб. из бюджета 2009 года. Подобное решение ставит крест на прежних достижениях реформы образования, призывавшей уходить от девальвации массового диплома.  
 
До сих пор реформа высшего образования исходила из установки, что оно не должно быть раздутым и массовым, а государственную финансовую поддержку высшей школы стоит постепенно сокращать, отпуская вузы в свободное рыночное плавание.  
 
Как следует из доклада экспертного совета при правительственной комиссии по повышению устойчивости развития российской экономики под руководством первого вице-премьера Игоря Шувалова (разработан Академией народного хозяйства), правительству предлагают изменить планы. В тексте декларируется, что в период кризиса следует любой ценой удержать студентов в вузах — ведь работать молодежи будет негде.  
 
Набор антикризисных мер по развитию образования в условиях роста безработицы выглядит революционным. Так, эксперты правительства предлагают увеличить срок обучения в школе до 12 лет — таким образом выход на рынок труда для подростка отсрочится еще на этапе поступления в вуз. В этом же контексте предлагается объявить мобилизацию педагогических кадров — путем государственного стимулирования программ профессиональной переподготовки безработных.  
 
В противовес прежней идее о том, что высшее образование студент должен заслужить, в период кризиса предлагается предоставлять преференции всем, кто изъявил желание учиться. К примеру, считает экспертный совет, следует пересмотреть запрет для двоечников учиться даже платно. Кроме того, предлагается отказаться от главного достижения реформы — перехода на бакалавриат и магистратуру.  
 
Предполагалось, что основная масса студентов сможет претендовать лишь на степень бакалавра, которая дается после четырех лет обучения (это соответствовало и потребностям экономики). Двухлетняя же магистратура должна была стать элитной и платной. Таким образом государство планировало повысить цену вузовских дипломов и одновременно сэкономить на содержании вузов — на открытие магистратуры могли претендовать лишь лидеры высшей школы.  
 
В антикризисном докладе ставится обратная цель: бакалаврам, которые в 2009 году заканчивают учебу, предлагается предоставить возможность продолжить обучение по магистерским программам. Выпускникам магистратур — бесплатную возможность поступления в аспирантуры. А для выпускников вузов, где сохранялся специалитет (непрерывная "пятилетка"), предусмотрены программы дополнительного образования на базе вузов — по английскому языку, программированию, бухгалтерскому учету. Для отсрочки трудоустройства выпускников техникумов в докладе предлагается максимально упростить их прием на третий курс вузов. В целом же бюджетный прием, по мнению авторов стратегии, должен быть максимально расширен.  
 
Другой блок предложений касается финансирования высшего образования. Так, экспертный совет предлагает государству экстренное субсидирование учебных заведений для удержания студентов-платников (66% учащихся вузов и 33% — техникумов). С одной стороны, вузы обяжут предоставлять студентам 25-процентную скидку на обучение, а для учащихся, взявших кредит, будет внедрена схема отсрочек по типу ипотечной (в случае потери заемщиком работы). С другой — 80% платы за обучение в этой схеме должно взять на себя государство.  
 
На семьи же, согласно проекту, ляжет лишь выплата процентов после восстановления определенного уровня доходов. Подобная мера, по расчетам аналитиков, обойдется госказне в 2009 году в сумму до 21 млрд руб. Их предлагается выделить из госбюджета и разместить в Сбербанке России для предоставления вузовских кредитов.  
 
Компенсировать вложения авторы проекта предлагают ускоренным переводом вузов в форму автономных учреждений (частичная потеря государственных гарантий при увеличении коммерческих свобод) с тем, чтобы со временем они могли увеличить доходы от платных услуг. Однако и эту меру предложено подкрепить господдержкой: обеспечить вузам, решившимся на автономию, покрытие расходов на содержание имущества за счет бюджета.  
 
До сих пор государство, озабоченное социальными рисками, предлагало меры по поддержанию собственно студентов. Так, президент Дмитрий Медведев рекомендовал вузам массово переводить студентов коммерческих отделений на бюджетные. Кроме того, предлагалось установить верхнюю планку цены за обучение в вузах, зафиксировав ее в рублях.  
 
Однако в условиях кризиса бюджет вузов и так оскудеет: платные услуги могут оказаться востребованными лишь наполовину. И до кризиса, признаются в вузах, переход на бакалавриат и магистратуру показал, что студенты нередко приходят в вуз за дипломом и, получив "корочку" бакалавра, не стремятся к тому, чтобы оставаться в вузе дольше.  
 
Так что в ректорском сообществе большей популярностью пользуется идея сохранить студентов при помощи государственных вливаний. К примеру, ректор Высшей школы экономики Ярослав Кузьминов представил правительству предложения о выделении госсредств (10 млрд руб.) на дополнительное образование нетрудоустроенных выпускников: по оценкам вуза, без работы окажется до 50%, или 200 тыс. обладателей дипломов.  
 
При этом ректоров ведущих вузов смущает, что в угоду восстановления рынка платных услуг ставится крест на стратегическом развитии российского образования: сама идея искусственного удержания студента в вузе, независимо от его уровня, в будущем поставит под сомнение возможность вузовской конкуренции.  
 
Идеи "искусственного поощрения образовательного рынка в угоду цеховым интересам" вызывают отторжение и в Минобрнауки. "Надо думать о новых рынках труда, которые и в кризис могут быть найдены,— заявили "Коммерсанту" в руководстве Минобрнауки.— Но, конечно же, гораздо проще искать под фонарем — там, где светло. То есть вместо того, чтобы учить студентов работать, опять вернуться к идее вуза как камеры хранения. И превращать молодежь в вечных студентов.  
 
Источник: newsru.com

ЕГЭ поставил России смертельный диагноз
Главным обоснованием необходимости ЕГЭ как такового считается борьба с коррупцией в вузах  
Автор:  Михаил Мельников
Опубликовано:
28 сентября 09 (16:40)
Подробный анализ результатов ЕГЭ помогает объяснить катастрофу на Саяно-Шушенской ГЭС
 Волна истерии вокруг Единого государственного экзамена, который катком проехался по российским школам в июне, вроде бы поутихла. «Окончательное решение» по этому вопросу нам обещают огласить в октябре, а пока что вузовские преподаватели осваиваются с первокурсниками нового типа. Никакой катастрофы, оказывается, не случилось: как были они бестолковыми, так и остались. Разве что помолодели ряды поступивших: теперь уже невозможно из года в год долбить приемную комиссию выбранного вуза, пока там не сжалятся. Оценка по результатам ЕГЭ от бараньего упорства не вырастет.
Вузы вместе с ЕГЭ
 Главным обоснованием необходимости ЕГЭ как такового считается борьба с коррупцией в вузах – по некоторым данным, в 2005 г. оборот этого рынка составил 10 млрд руб. Легко было предположить, что именно вузы станут главными противниками нововведения – так оно и стало. Но сейчас, перед судьбоносным для главы Минобрнауки А. Фурсенко октябрем, на его защиту совершенно неожиданно поднялся «пострадавший» – ректор ГУ-ВШЭ Я. Кузьминов. Его статьи «Россия с ЕГЭ» и «Вузы после ЕГЭ» можно назвать хвалебной песнью новой системе.
Вот четыре главных тезиса Кузьминова:
1. У выпускников школ появилась реальная свобода выбора вуза.
2. В столицах выросла доля региональных абитуриентов, ведущие вузы снова работают для всей страны, как это было в СССР.
3. Нанесен решающий удар по коррупции на входе в вузы.
4. Общество и родители в перспективе получили достаточно эффективный инструмент для измерения качества школ и вузов – средний балл ЕГЭ соответственно выпускников и студентов первого курса.
К сожалению, эти четыре пункта нелогичны и вызывают слишком много замечаний. Пункт 1 по сути является частью пункта 3: подавать документы в любой вуз никто не мешал и раньше. Пункт 2 – демагогия, выпускники ведущих вузов всеми правдами и неправдами стараются остаться в Москве, т.е. новая система, напротив, выкачивает мозги из регионов. 4. О том, какие вузы престижнее, мы догадывались и до ЕГЭ, а вот лучшие школы страны, судя по всему, находятся в Москве и… на Северном Кавказе – в этих регионах больше всего стобалльников.
Но бог с ней, с логикой. Интерес ректора очевиден: он продавливает введение новой системы бюджетного финансирования вузов – в зависимости от того, сколько баллов на ЕГЭ набрали его успешные абитуриенты. Правда, опять же не очень понятно, почему вуз должен получать деньги на обучение бородатого старшекурсника в зависимости от его экзамена пятилетней давности. Однако всерьез прокололся ГУ-ВШЭ в другом.  
Страна в зеркале ЕГЭ
Беда ЕГЭ оказалась не в том, что он плох или недостаточно хорош. Беда в том, что он не работает. Как рвались юноши и девушки в Москву, так и рвутся. Как мечтали стать начальниками, так и мечтают. Как не хотели идти в инженеры, так и не идут, калачом не заманишь. И вот в той самой Высшей школе экономики, которую возглавляет Ярослав Кузьминов, составили таблицу, в которой показали, куда идут лучшие выпускники, а куда – наоборот. Можно поздравить Россию – мы снова получим массу талантливых гуманитариев. А самый низкий балл оказался у… будущих специалистов по безопасности. Кстати, на Саяно-Шушенской ГЭС об этом догадываются и безо всякого ЕГЭ.  Почитайте таблицу внимательно, она невелика и очень показательна.
Группа направлений      Средний балл зачисленных
Гуманитарные науки      76,4
Здравоохранение      75,9
Естественные науки      72,4
Физико-математические науки      71,6
Экономика и управление      71,4
Культура и искусство      70,4
Информационная безопасность      69,5
Социальные науки      68,4
Сфера обслуживания      68,4
Химическая и биотехнологии      65,9
Информатика и вычислительная техника      64,2
Энергетика, энергетическое машиностроение и электротехника      64,1
Геология, разведка и разработка полезных ископаемых      62,7
Сельское и рыбное хозяйство      61,7
Архитектура и строительство      60,9
Приборостроение и оптотехника      60,7
Электронная техника, радиотехника и связь      60,5
Авиационная и ракетно-космическая техника      60,2
Автоматика и управление      60,0
Образование и педагогика      59,2
Технология продовольственных продуктов и потребительских товаров      57,9
Воспроизводство и переработка лесных ресурсов      57,8
Транспортные средства      57,5
Металлургия, машиностроение и материалообработка      56,8
Безопасность жизнедеятельности, природообустройство и защита окружающей среды      54,7
Что ж, порадуемся, что ЕГЭ действительно поставил несколько палок в колеса вузовской коррупции. Но потраченные на него колоссальные средства не окупятся никогда, потому что неудачники по-прежнему идут в педагоги и обеспечивают безопасность. Спасибо Единому государственному экзамену за то, что он позволил столь наглядно это продемонстрировать. Можно сворачивать эксперимент и идти лечить свою страну.  
Источник: http://www.aif.ru/society/article/29729

Немного позитива.
Комментарии Задорнова на тему ЕГЭ  
http://www.zadornov.net/eche-ne-izdannoe/

А как бы Вы сдали ЕГЭ?
http://www.rian.ru/edu_mm/20090602/172980575.html