Архив форума

Главный чиновник-транс
Жил да был главный чиновник Минтранса.
Жил не тужил, сидел в своем кресле, портфель свой держал.
Портфель у него был так себе, тощенький – всего 7% трудоспособного населения, и бабла совсем почти не приносил, не то что там на топливе и энергетике, да и уважения как у военного министра в портфеле тоже совсем не было.
Ко всему прочему, из-за того, что подведомственное ему хозяйство постоянно разваливалось, ломалось и рушилось, периодически случались катастрофы всякие и катаклизмы разные – то ковер-самолет тучку облететь не сможет, то при посадке вместо тормоза на газ нажмет, короче бились они не меряно, чем вызывали недовольство масс электората, а иногда и гнев самого главного. Самый главный как рассерчает, посылает его в комиссию по организации похорон, мол, пусть хоть одно лицо улыбается на общем фоне скорби грусти и уныния. Вот и приходилось главному чиновнику ходить и улыбаться на камеру в каком-нибудь Мухосранске, вместо того чтоб греться под теплым солнышком на собственном острове. Да тут еще коллеги-чиновники главные дали ему за это прозвище – "похоронный министр".
Короче, так себе, жил захудалый главный чиновник "похоронный".
 
Но не унывал главный чиновник. И назло всем стал он владельцем поездов и пароходов. Как стал? Да очень просто: где-то нужного человечка в командное кресло-трон посадил, где-то карманной фирмочке подрядик знатный "по конкурсу" подкинул, где-то просто-напросто прихватизировал, что плохо лежало.
И прослыл он самым зажиточным главным чиновником среди главных чиновников. Да только невзлюбили его за это коллеги, другие главные чиновники и из президиума изгнали.
А еще было у него главное дело его жизни – не строить дороги. Ненавидел он лютой ненавистью эти дороги. При одной только мысли о дорогах пробивал его Кондратий и судорогой сводило челюстно-лицевые мышцы, от чего он еще больше улыбался, ну прям как на электоратных похоронах всяких там жертв катастроф. Нет денежки то он, как принято, те которые на строительство дорог самым главным выделялись, оприходовал то сполна, все без остатку, но вот дорог не строил из принципу.
Вот такой был неунывающий и вечно улыбающийся самый богатый главный чиновник-транс.
 
Вот как-то восседает наш транс-чиновник, значит, на завалинке в кремлевских полатях. Приходит к нему главный чиновник по спасению утопающих и говорит грозным голосом:
– Что же это ты типа вытворяешь? Мой главный персонально-спасательный Мерс вчерась за мной в авиагавань еле поспел, мне аж пообождать его две минуты пристало. Ты это типа дороги созидать собираешься, али как? Вон сколько телег грузовых и двуколок легковых развелось, а ты тут ни сном, ни рылом, дороги не строишь. Нехорошо, скверно это.
Тут главный чиновник-транс как про дороги то услыхал, так опять лыбиться начал. Сидит и улыбается, но немотствует. Ну а главный чиновник по спасению утопающих продолжает:
– Я, это, самому главному все про тебя доложу и наябедничаю.
Ну, при упоминании самого главного у нашего гяроя транс-чиновника улыбка вообще до ушей стала. И так он с этой улыбкой и отвечает:
– Да у меня эти перевозчики-извозчики как гвоздь в заднице – снуют туда-сюда, только дороги колотят. Опять же уважаемому мною господину депутату Плигину мешают привольно проезжать по дорогам его державы на его лимузине. Эх, знали бы эти перевозчики-одиночки недобитые, сколько стоит ремонт подвески на этом лимузине. Вот бы прибить бы их всех разом, на кой черт они нужны – прибыток лично мне не приносят, никому не повинуются, за ЕР не голосят – это даже не электорат вовсе, это обуза.
– Дык, ведь это…, – откликается ему главный чиновник по спасению утопающих. – Мне ж тогда весь электорат-население этой страны от голода и холода спасать пристанет?
– Вот и славненько. – Обрадовался наш транс-чиновник, - спасай! Будет тебе респект и уважуха, как обычно. А мы под энто дело из казны государевой транспорту заморского с лихвой закупим, княже-государеву корпорацию создадим – "РОСАВТОТРАНС", во. Ну и родственника моего туда бизнесменом-хозяином назначим.
Призадумался главный чиновник по спасению утопающих: с одной стороны респект и уважуха, как обычно, но с другой то стороны что-то как-то и не в цепочке вовсе. Но тут осенила его мысль проникновенная:
– Ты, это, а по каким дорогам то твоя княже-государева корпорация "РОСАВТОТРАНС" то ездить то это, будет та? Эдак ты, похоронный министр, опять моему главному персонально-спасательному Мерсу проезду не дашь, так? Ты это, типа дороги строить собираешься, али как?
Тут главный чиновник-транс как опять про дороги то услыхал, так опять лыбиться начал пуще прежнего.
– А… ыыы… гы… хм… – только и смог выдавить из-за этой улыбки главный чиновник-транс.
– Гы-гы, – передразнил его главный чиновник по спасению утопающих, и побежал к самому главному.
 
С тех самых пор, у главного транс-чиновника появилось еще одно дело жизни: кабы так со свету сжить этих перевозчиков-одиночек, и стать ему единым владельцем пароходов, паровозов и множества всяческих повозок грузовых заморских. А все остальные главные чиновники к нему на поклон бы ходили и кланялись, а он бы им всем через раз отказывал.

Ну что добры молодцы и красны девицы, понравилась вам сказка?
Тогда я вам еще одну расскажу, про главного чиновника-транса и про то, как ему удалось обхитрить самого главного.
 
Про главного чиновника-транса и про то, как ему удалось обхитрить самого главного
Было это давным-давно, аккурат года три тому назад.
Вот как-то раз восседает наш транс-чиновник, значит, на завалинке в кремлевских полатях, мечтает. А тут трубка дьявольская как задребезжит мерзким звоном, аж жуть пробрала главного чиновника-транса. Прикоснулся он к дьявольской штуковине, а оттуда голос официальный такой:
– Велено Вам завтра до обеда явиться к самому главному на дружескую аудиенцию для докладу.
И коротко так: пип-пип-пип.
 
Озадачился главный чиновник-транс, чем же это так прогневал самого главного. Неужто недостаточно улыбался на электоратных похоронах всяких там жертв катастроф? Али как злато из казны государевой не дюже быстро осваивал? А ли еще чего… И от этой мысли еще больше опечалился самый главный транс-чиновник.
Ночь не спал бедолага, все гадал да разгадывал, а на утро с понурой головой отправился в хоромы самого главного.
 
Стоит в сенях, не жив, не мертв, аж взбледнул весь сквозь островной загар, с ноги на ногу переминается, ждет приглашения величайшего.
Тут к нему адъютант самого главного подходит и к парадному подъезду ведет. Ну, постучался главный чиновник-транс, как водится три раза и визит наносит.
 
Самый главный сидит за столиком журнальным, в бумажку-карту тычет и, не поворачиваясь к главному транс-чиновнику вопрошает:  
– Тут ко мне намедни главный чиновник по спасению утопающих захаживал, говорит, что ты его главному персонально-спасательному Мерсу проезду не даешь, так?
И не дожидаясь ответа, продолжает:
– Я вот тут гляжу в книгу и вижу фигу, т.е. ничего не вижу. Где дороги та?
Тут главный чиновник-транс как про дороги то услыхал, так опять лыбиться начал. Стоит и улыбается, но немотствует. Ну а самый главный продолжает:
– Вот опять же главный чиновник на топливе и энергетике, тоже жалуется, что во время дозора в баню попасть не смог. Ветра, говорит, сильные были, и ковер-вертолет не сдюжил. Как же это так, понимаешь ли, обходить мои владенья с дозором и без бани? А что электорат подумает? Чиновники мы или челядь какая немытая? И вообще, чего ради в дозор то ходить, если тебя в баню довезти не могут?
Самый главный продолжал бессмысленно тыкать в бумажку на столике, подозрительно прищуриваясь.
– И самое главное, тут самый главный сделал многозначительную паузу, – как мою черно-жыжу то тягать, ежели дорог нету?
Тут главный чиновник-транс как опять про дороги то услыхал, так опять лыбиться начал пуще прежнего, но что-либо глаголать уже крайне потребно было, ибо самый главный подозрительно прищуриваясь, смотрел на него в упор.
– Дык, это… черно-жыжу, Ваше самое главное, мы вывозим справно, усю вывозим, сполна как велено. Что трубой сама бежит, что путями железными тянем. Усю-усю вывозим, сполна… Кораблями – пароходами опять же…, – мямлил транс-чиновник.
 
Надобно отметить, что к тому времени дорог то и так малость осталось, а на этой махонькой карте их и вовсе видно не было. Не иначе как главный чиновник по спасению утопающих подсобил – мелькнула мысль у главного транс-чиновника, но тут же исчезла, так как в голову полезли всяческие ужасы и страхи.
Ну, все, – подумал главный чиновник-транс, – теперь не видать мне двух моих главных дел жизни, как своих ушей. Портфельчик мой хиленький отнимут враз и пошлют либо юстицией верховодить, либо что еще хуже сортирным хозяйством челяди заведовать.  
При этой мысли совсем опечалился главный чиновник-транс, да так сильно, что даже лыбиться перестал. И это несмотря на то, что самый главный продолжал вопрошать:
– А тут, тут, где дороги? Ты на чью мельницу воду льешь? Ты, это…, слуга народа, али как? Поставлю-ка я тебя сортирным хозяйством командовать, ежели к утру не принесешь мне решение мудрое. Вон отседова.
 
Опечалился пуще прежнего самый главный чиновник-транс, ноги ватные, ручки квелые, плетется сам не свой, никого не замечает – весь в тоске.
И уж только собрался, было, транс-чиновник последний раз залезть в свой лимузин с колокольчиком-моргалкой, как догоняет его первостепенный чиновник-воевода голубых и говорит:
– Не кручинься, мне тоже досталось, потому, как князья заморские наш невинно убиенный электорат посчитали и прослезились. Говорят, не гоже к нам соваться – на дорогах, да и в деревнях дюже опасно якобы. А как я за разбойниками та носиться та буду, ежели мои козлы вообще через раз заводятся?..
Тут главный чиновник-транс как опять про дороги то услыхал, так опять лыбиться начал, но вовремя смекнул, что к чему и возрадовался:
– Мы твоих архаровцев с козлов на хамер-коней пересадим, транспорту заморского с лихвой закупим из княже-государевой казны. А чтоб убытки в казну типа возместить, мы весь электорат позорный тоже заставим пересесть на дорогие заморские телеги и с каждой купленной такой телеги оброк половинный брать будем.
– А шоб не перечили кой-какие продвинутые, мы стандарты государевы так поменяем, чтоб ни одна телега, акромя наших лимузинов, не подходила, – упоенно продолжал главный транс-чиновник, – Ну, там, к примеру, фонари красные или рулило потустороннее, так заповедать. По срочному стандарт заморский-2 пропустим. И тебе прибыток с тех, кто вовремя телеги не поменяет, и мне к рукам авось что-нибудь прилипнет. Только ты вини во всем телеги узкоглазые, мол всему виною их рук дело, а не дороги.
– Дык ведь их вон сколько, разве за всеми уследишь? – вопрошал первостепенный чиновник-воевода голубых.
– Ну а шоб тебе проще было, мы уважаемого мною господина депутата Плигина величайший указ своять попросим, да такой, чтоб через одного на виселицу можно было отрядить. Баба с возу – тебе легче. А какую бабу на возу, а какую за мзду – будешь сам решать единолично, во! – подытожил главный чиновник-транс, потирая руки оттого, что этот служивый постарается так, что дороги еще долго строить не надобно будет.
 
Так и порешили. А на следующий день, на доклад к самому главному напросились оба два, вкупе. Главный чиновник-воевода голубых докладает громким командным голосом, а главный чиновник-транс стоит тута же и лыбится, да средства от государевой целевой программы в уме по своим островам раскидывает.  
Самый главный как это хоровое пение услыхал, так сразу вже про дороги то и забыл, и побежал звонить своему другу канцлеру, мол, типа велком, пути просторы для единых европейских телег открыты и все у нас типа хорошо.
Князья заморские, как барыши от продаж своих телег просчитали, так тут же перестали считать невинно убиенный электорат, и опять прослезились, но на этот раз уже от умиления.
Самый главный как эти слезы умиления та узрел, так про дороги и забыл напрочь.
 
С тех самых пор минуло аж целых три долгих года. Величайший указ, за авторством депутата Плигина самый главный естественно подмахнул и номер ему 210-ый присвоил.  
Первостепенный чиновник-воевода голубых в деньгах весь, как сыр в масле купается, лишает всяческих прав направо и налево, надо – не надо, решая усе единолично.
Правда, с государевым стандартом накладочка вышла – электорат поначалу бузить вздумал, но ему главные чиновники пообещали колокольчики-моргалки шибко уменьшить, так пипл схавал этому посулу и бузить перестал. А колокольчиков-моргалок пуще прежнего стало.
 
Главный чиновник-транс живет, тоже не тужит, сидит в своем кресле, портфель свой держит. Дорог как водится, не строит и поныне.  
А тот свой доклад "О реализации в среднесрочной перспективе (2005-2008 гг.) приоритетных задач, предусмотренных Концепцией какого-то там развития" вспоминает с превеликим удовольствием.
Вот такой неунывающий и вечно улыбающийся самый находчивый транс-чиновник.

пишите, пишите....и будет вам премия...как Салтыкову-Щедрину...

Процитировано сообщение: Artamonov Vladislav от 28.05.2008 :: 11:34:53:

ага, примерно так...в Вятку с сопровождением роты автоматчиков...на экскурсию ...лет на 5

Вообщем, решил я тоже попробовать себя в качестве сказочника....
______________________
Будущее.
Пробки давно уже превратились в межгалактические.
Мусор в основном представляет из себя битые китайские Хаммерайтеры с 99999 регионом как минимум с 5 буквами "А" на борту.
Ученые никак не могут спроектировать искусственный разум для решения наболевших проблем.
Подсовывают этому разуму исторические книжки - машина выплевывает: "Ошибка! Противоречивые данные".
Подсовывают книжки по социологической технологии - машина выплевывает: "Ошибка! Не хватает памяти для анализа полифункциональности".
Все озадачены - как же раньше все работало, ведь не было компьютеров, высоких технологий, просто кучка чиновников с бумажками.
 
Один говорит - в детсве бабушка на ночь сказки читала.  
Так вот,  
Были схватки деловые
Да говорят еще какие.
Была и дума и конгресс.
Но вот пришел и им конец.
 
А раньше все решалось проще
Был человек что зарабатывал на Порше
И был портфель что он держал
Свои мечты на него он променял.
 
Не унывал он и не дрейфил
Ведь Главный ему напоминалки клеил
Бывало придет он на работу летом
А там весь стол указами гружен
 
Работы много, но порой
Звонил чиновник ему другой
Просил немного подождать
Ведь прибыль нужно посчитать
 
Бывало просчитается - звонит
И просит все закон не торопить
А тот что стикеры все клеил
Он раз в четыре года торопил
 
Но как позвонит - то сразу в шок
Как агетировать народ
А наш не дрейфит - пишет список
Приходит на ковер и молвит свыше
 
Проблем решал он кучу разом
За что и главным был подмазан
В историю вошел он как герой
И молвят что дорог построил целый рой.
 
Призадумались ученые - сказки ведь на мудрости народной основаны.
И решили этого чиновника клонировать.
 
P/S/ Сказка ложь - да в ней намек..........

must read = full is attached
 
Глава 6.
 
     Пучкин очень любил быть информированным человеком, не любил анекдоты про тупых генералов и был уверен, что генерал – это не только звание, но и призвание. Пролистав статистику экспорта мяса птицы из США в Россию и Прибалтику в 1999 году Иван Иванович почесал затылок. Во как! В Эстонию 140 тысяч тонн, в Латвию 280, а в Россию всего 250. Круто! С учетом населения прибалтийских республик и фактора их обеспеченности собственным продовольствием, получалось, что около 400 000 000 кг курятины ввезли в Россию контрабандой только за 1 год!  
     Несколько тысяч железнодорожных вагонов контрабанды! Или еще больше автомобильных фур. Не может быть?!  
     Иван Иванович пересчитал еще раз и понял, что не ошибся. Неформальное общение молодого и любознательного начальника таможни с импортерами открыло и новые грани в познании вопроса, откуда же берутся "ножки Буша". Выяснилось, например, что для закупки судна – рефрижератора с куриным мясом в США необходимо всего 5 млн $, что для серьезного бизнесмена не так уж много. Оборачиваемость капитала 4-5 недель, а рентабельность около 10%. То есть, за месяц с 5 млн $ можно получить полмиллиона $ чистой прибыли.  
     В действительности же все происходит еще горазды интереснее. Те, кто был допущен к кормушке, пригоняли суда с курятиной в порты Прибалтийских стран (обычно в Ригу или Таллин), перегружали товар в фуры-рефрижераторы и везли все это добро на специальные московские таможенные терминалы, которых было около десятка. Поговаривали даже, что часть этих терминалов курировал лично генерал-полковник Паханин, а другую его заместитель, главный борец с контрабандой генерал Густин. Здесь следует отметить, что Борис Михайлович Густин в системе Государственного Таможенного Комитета уже давно был личностью вполне самодостаточной, но эта тема отдельного разговора.  
     Да, было от чего призадуматься, однако, в выходной день в обществе приятной дамы, посетив один известный музей и полюбовавшись вдоволь, во всех подробностях шедевром русской живописи "Переход Суворова через Альпы", начальник Портовой таможни Пучкин твердо решил не то, чтобы грудью лечь на амбразуру куриной контрабанды, но извести это явление методами экономическими. А весной 2000 года в Морской порт Санкт-Петербурга прибыл первый, абсолютно официальный, совершенно, не контрабандный пароход с американской курятиной. Почтенная публика затаила дыхание, а что будет дальше?  
     Некоторые их тех, кого в официальных документах называют участниками внешнеэкономической деятельности, даже поговаривали, что при таком перераспределении денежных потоков могут начаться и отстрелы К счастью, этого не случилось.  
     Иван Иванович Пучкин пребывал в прекрасном настроении, в окно просторного кабинета светило ласковое весеннее солнышко, а в Санкт-Петербургский Морской порт уже третью неделю все шли и шли белые корабли с замечательными ножками, теперь уже ножками Буша младшего. Бюджетные платежи Портовой таможни били все мыслимые рекорды. И все же, все же... терзали молодого генерала смутные сомнения, основанные впрочем, на вполне реальных цифрах и законах природы. Что касается этих самых законов, то еще в школе Иван Иванович усвоил, что если в одном месте что-то прибудет, то в другом столько же убудет. А вот насчет цифр, картина получилась и вовсе жуткая. Только за год 400 000 тонн контрабандной курятины – это 20 000 фур-рефрижераторов по 20 тонн в каждой.  
     По официальной ставке растаможка одной машины стоит около 10 тысяч $. На специализированных "паханинских" московских терминалах с импортеров брали 3-4 тыс.$ в казну и еще пару тысяч в карман. Две тысячи $ умножить на двадцать тысяч фур получается 40 млн $!  
     - "Могут, конечно, и голову открутить! Но решение принято", - твердо сказал себе Иван Иванович, и вновь начал рассуждать с начала, то есть с сомнений.  
     А тем временем адская машина по перемалыванию человеческих судеб была уже запущена. Ей, этой самой машине, было абсолютно все равно, кто попадал в ее жернова: бизнесмены и генералы, прокуроры и милиционеры, русские и американцы – все это уже не важно. Важно было лишь то, что адская машина питалась денежными потоками, большими, очень большими денежными потоками зеленых американских рублей, с портретом самого узнаваемого в мире человека – Президента США Франклина.  
     Весь, уже минувший, ХХ век наглядно показал человечеству, что желтый дьявол, вполне удачно приобрел зеленый цвет и бумажную сущность, и этого дьявола признали все. Буквально все: министры и бандиты, проститутки и ученые, президенты и террористы, не говоря уже о бизнесменах, все думали, что это они охотятся на желто-зеленого дьявола. Дьявол улыбался. Его очередная саркастическая улыбка в адрес всех участников нашей истории стала сигналом для отправки судна из одного американского порта в порт Санкт-Петербурга.  
     По иронии судьбы имя корабля было "Птица Феникс". Трюмы "Феникса" были наполнены миллионами куриных ножек и желто-зеленому дьяволу стало особенно приятно, ведь, как известно, именно куриная лапка один из главных символов Сатанистов. Вес всей этой дьявольской наживки составил 5 тыс. тонн и стоил несколько млн. долларов. В далекой от берегов Америки России бизнесмены и таможенники милиционеры и прокуроры птицу "Феникс" уже ждали.  
     "Феникс" благополучно прибыл в морской порт Санкт-Петербурга. Желто-зеленый дьявол улыбнулся в предвкушении зрелища, спектакля человеческих пороков, ему было настолько интересно, что однажды в середине Атлантики, когда "Феникс" чуть было не пошел ко дну в результате шторма, желто-зеленому пришлось на время, даже стать ангелом-хранителем. Он спас птицу "Феникс", но за этот благородный поступок желто-зеленый не испытывал угрызений своей дьявольской совести. Игра стоит свеч! Желто-зеленый начал шутить намеками, будучи в полной уверенности, что когда дело пахнет большими деньгами эти жалкие людишки, все равно никаких намеков не поймут, Атеисты...  
     13 числа, в пятницу двухтысячного года на палубу "Феникса", стоявшего в Рыбном порту под гордо реющим Панамским флагом, взошли 13 сотрудников милиции. К этому времени чрево судна уже успели облегчить портовые краны, перкинув часть груза в 13 грузовиков. 13 милиционеров в присутствии таможни и всего честного народа возбудили уголовное дело по факту контрабанды! Грузовики с куриными ножками, старший лейтенант транспортной милиции Сидоров, признал вещественным доказательством, и куриные ножки в один момент были, так сказать, то ли задержаны, то ли конфискованы, а точнее, как выяснилось позже, ножки были экспроприированы. Вот так вот, средь бела дня на глазах всего честного люда.  
     Желто-зеленый дьявол улыбнулся. Он знал, что главное развлечение еще впереди.  

Мне в детстве про чиновников не рассказывали, видимо время не то было.
Спрашивали: Кем хочу быть?
Отвечал наверное: Космонавтом.
 
О времена, о нравы !

Молва не по лесу ходит, а по людям, да в окно лезет.
Вот как-то раз в отрытое окно клиента почтового насыпался мне ворох весточек, и все про одно и тоже талдычат – главный чиновник-транс новый честный способ отъема денег у населения измыслил. "Неужто главный транс-чиновник превзошел незабвенного Остапа", – подумал я, и пошел копать по сусекам. Забегая вперед, сразу скажу, не таясь, что все новое это хорошо забытое старое, но обо всем по порядку.
 
Сказка 6/10-01. Про главного чиновника-транса и про то, как он смешным извозом озадачился.
Было ль это в самом деле, али не было – не суть, но дело было так:
Вот как-то раз восседает наш транс-чиновник, значит, на завалинке в кремлевских полатях, мечтает. Мечтает кабы так со свету сжить этих перевозчиков-одиночек, и стать ему единым владельцем пароходов, паровозов и множества всяческих повозок грузовых заморских, а все остальные главные чиновники к нему на поклон бы ходили и кланялись, а он бы им всем через раз отказывал. Мечтает кабы так убрать с торжища всех лишних и оставить одного себя любимого. Грустит.
 
Да тут заходит к нему бывший первостепенный чиновник-воевода, а ныне пошедший на повышение и ставший просто первостепенным чиновником, весь такой хиленький, но холеный, толи молодец, толи девица красная и молвит:
– Чего печалишься-кручинишься?
Отвечает ему главный транс-чиновник грустным голосом:
– Да вот никак не могу со свету сжить перевозчиков-одиночек. Я уж на них и Первостепенного чиновника-воеводу голубых натравил, лишает он их всяческих прав направо и налево, решая усе единолично, а они снуют, понимаешь, туда-сюда, никакого прохода от них нет. Кабы мне какое-нибудь авторское право на перевозки на себя зарегистрировать? Нынче ведь это модно…
– Разжиться на законном резоне чужим достоянием завсегда считалось целью благородной и филигранным искусством правления государственного, – согласился первостепенный чиновник. – И если не авторское право, то обязательное дозволение величайшее на перевозку истребовать надобно.
– Дык, ведь извоз грузов тележным транспортом то не подлежит дозволению величайшему, нету его в перечне, утвержденном еще недвуглавным – попытался возразить главный чиновник-транс.
– Извоза грузов на телегах нету – согласился первостепенный чиновник. – А вот Смешной извоз будет.
– Смешной извоз? – переспросил главный транс-чиновник. – А что же это за диво дивное та такое?
– Да какая разница что. Что будет прописано в величайшем указе самого двуглавного, то и будет – подытожил первостепенный чиновник. – Стержневое тут, чтоб подлежало дозволению величайшему. А дозволения эти ты и будешь выдавать, решая усе единолично, как наместник двуглавного.
– Наместник, ну по данному вопросу, конечно же, – добавил первостепенный чиновник.  
– А еще чтоб перечень пунктов прямого смешного сообщения мною утверждался, – добавил главный чиновник-транс. – Нехай и все остальные ко мне на поклон бегают.
– Эдак ты и взаправду наместником станешь, – подумал первостепенный чиновник, а вслух добавил, – Готовь прообраз величайшего указа самого двуглавного, а я пропихну его в государеву думу.
 
Сказано – сделано. А на следующий день, на доклад к самому двуглавному напросились оба два, вкупе. Первостепенный чиновник докладает громким командным голосом, а главный чиновник-транс стоит тута же и лыбится, да средства в уме по своим островам раскидывает.
Самый двуглавный как это хоровое пение услыхал, так сразу вже побежал звонить своему другу канцлеру, мол, типа велком, пути просторы для единых европейских телег опять открыты и все у нас типа еще лучше стало.
Князья заморские тоже кабы и не возражают и опять прослезились от умиления. А с чего бы им возражать то, те телеги заморские, что были только что сбыты, еще и сноситься то не успели, а тут опять такой заказец забрезжил. Короче, благодать.
 
И вот восседает наш транс-чиновник, довольный – уж наместником себя возомнил.
 
Да не тут то было. Зачинщики Артели извозчиков и торговцев, образовавшейся для производства промысла, ремесла или работ с полным равенством и круговой порукой всех участников, прознали про все, и давай трубить направо и налево. Дескать, давай всенародное вече по данному прообразу устроим.
Ну, народ, что поразумнее давай запятые выискивать – где надо, где не надо. Кто-то обрадовался, что теперь траву можно будет беспрепятственно возить, если положить ее в багажник телеги, телегу на платформу железную, а железную платформу на корабль, а корабль затем на ковер-самолет впихнуть. Глава-основатель Самозарегулируемых дивных ассоциаций ушел в запой и не вернулся.
Электорат ликует, типа авторское право на этот величайший указ у самого двуглавного получил, а что с этим делать не разумеет. И невдомек ему, неразумному, что сам же яму себе и роет.
Короче, на фоне всеобщего ликования голоса пророков про то, что сей величайший указ самого двуглавного нам даром не надобно, а в таком то виде и подавно, слышны не были вовсе.
 
Первостепенный чиновник-воевода голубых, то ж решил поддержать сей почин и выступил с инициативой внести трансформации в кары за тяжеловесные телеги. Мол, какая разница какое наказание будет, если все телеги будут под крышей главного транс-чиновника. Но возничие и этого подвоха не уразумели, а предложили еще и торговцев карать. Тут уж пришла пора призадуматься Первостепенному чиновнику-воеводе голубых – с одной стороны перспектива махать полосатой палкой перед всеми, а не только перед возничими и стать почти что наместником, а с другой стороны быть наместником над наместником стремно как-то, но действа какого предпринимать не стал до поры до времени.
А электорат еще пуще возрадовался. Вот, мол, благодать то, от двуглавного. Слава великому! Слава единому! Слава двуглавному!
Придворные гимнюки опять вовсю старые гимны на новый лад слагают, великий и могучий славят, путевки в Куршавель зарабатывают.
 
Короче, на фоне всеобщего удорожания всего и вся, народ, отведавши грибочков, как и почти сто лет тому назад, дружным строем, с левой ноги, хором, задрав штаны, в светлое будущее вознамерился бечь.
 
Сказка ложь, да в ней намек. Намек на лозунг "Отобрать у богатых и продать бедным". А это уже было, и неужели опять будет?
 
----------------------------------------------
Сказка напечатана мною самолично, соблюдение законодательства о моих авторских правах мною не нарушены.
Продолжение следует.

Процитировано сообщение: Соломатин Владимир от 30.06.2008 :: 08:47:04:

 
Вот у моих знакомых дочка на этот вопрос ответила "Патологоанатомом"
Насладилась эффектом и с милой улыбкой добавила "Ой ну космонавтом конечно, космонавтом"
 
6 лет...

Процитировано сообщение: Коломейцев Григорий от 01.11.2008 :: 16:47:21:

 
А я, не поверите, Санкт-Петербургский государственный университет аэрокосмического приборостроения.
А видимо нужно было в Северо-Западную академию госслужбы
Кто ж знал.... кто ж знал....